ИскусствоМодаПутешествияКиноСобытия
Сегодня: 23.06.2017 18:43:44 Погода в Киеве: +19°C | Ветер: 0м/с | 739мм рт. ст. | 20°Cвода | Влажность: 87% | Пасмурно, дождь

Сомнение – неотъемлемая часть человеческого интеллекта. Это часть его двойственности. Поэтому сомневаться – естественно.

Но мы часто прячем от себя сомнения.Есть такое выражение, что «жена узнает последней». Почему она узнаетпоследней? Потому что не хочет знать. Если бы мы реально хотели знать,как обстоят дела, то мы бы знали. Но мы избегаем тех знаний, которыемогут причинить нам психологическую боль, разрушить наши представленияили идею о себе. Поэтому сомнения подавляются.



Но подавленные сомнения никуда недеваются. Теперь они будут выступать в роли буфера между нами и другимчеловеком. Снаружи могут соблюдаться все приличия, и стороннийнаблюдатель даже может сказать, что у нас идеальные отношения, но внутримы будем прозябать от холода, а наши отношения будут формальными.
 Мысомневаемся, потому что не знаем как обстоят дела в реальности.

Мы сомневаемся, что другой нас любит,поэтому периодически устраиваем ему проверки. За истерикой можетскрываться потребность в признании и любви. Достаточно услышать слова «ялюблю тебя» и вся наша истеричность рассеивается, как дым.



Другой человек может говорить словалюбви, но в сердце оставаться холодным. Он может говорить формально,чтобы от него отстали, преследуя свои цели. Он может кричать, при этомиспытывать к нам любовь. Как мы будем отличать одно от другого?



Знать, как обстоят дела можно толькосердцем. Интеллект всегда будет сомневаться. Если мы не чувствуемдругого человека, если мы не знаем другого человека (а мы его никогда незнаем и не чувствуем, потому что не знаем и не чувствуем самих себя),то мы будем сомневаться. 



У нас обо всем есть идеи ипредставления. Что такое любовь, когда нас любят, а когда нет, как насдолжны любить. Мы не оставляем пространство открытым и всему даемнаименования. Но наименования и определения возможны только из старогоопыта, мы не оставляем места новому, свежему, выходящему за рамкипривычного.



Мы ко всему новому подходим с мериломстарого. Но о каком новом тогда можно говорить? Вместо того, чтобыостаться с человеком таким, какой он есть и узнать его до самой глубины,мы начинаем его выравнивать и обрезать по нашему шаблону. То есть мыникогда не остаемся с человеком таким, какой он есть. Поэтому никогдаего не знаем. Поэтому сомневаемся и даже боимся.



Вместо того, чтобы остаться с человекомбез наименований, узнать его, узнать его диапазон, услышать его,почувствовать его «вкус», мы берем ножницы и начинаем делать из негофигурку, о которой всегда мечтали. Однако мы никогда не задумывались надтем, что другой человек нам интересен, только пока в нем бьют ключомего собственные энергии, пока в нем есть свежесть и непредсказуемость.Обрезая человека по нашему шаблону, делая его предсказуемым, а значит"несвежим", мы потом теряем к нему интерес. Как только человекстановится тем Буратино, которого мы из него стругали, он перестает бытьдля нас интересным.



Мы можем жить с другим человеком бездвойственности и сомнений, только когда узнали его во всей своейтотальности, только когда мы подходили к нему без ограничений иустановок, когда позволяли ему быть самим собой. Оставаясь с ним,«вдыхая» его, мы можем узнать этого человека изнутри. Наше решениеостаться с этим человеком будет исходить из единства, а недвойственности. Мы будем в отношениях ради самих себя.



А когда отношения закончатся, мы точнотакже это услышим. Нас не будут мучать сомнения. Нам не надо будетвырывать себя из отношений, опускать другого, опускаться самим. Мыпросто будем знать, что отношения закончились и пора идти дальше. Кромечувства благодарности к другому человеку за то, что он был в нашейжизни, у нас ничего не будет. Мы сможем остаться дружелюбными поотношению к нему. Мы будем понимать, что цветок, который расцвел в нашейжизни, увял, и не будем испытывать ненависти ни к себе, ни к цветку, ник жизни.



А если мы изначально обрезали другогопо своему шаблону, возлагали на него надежды, и мечтали, что наша жизньисполнится только потому, что в нее вошел другой человек, то мынеизбежно расстанемся врагами. Потратив, как мы считаем, на другоголучшие годы нашей жизни, мы не понимаем, что эти годы мы могли провести водиночестве.



Хотя, испытывая боль расставания, мыдумаем, что лучше бы и не встречали этого человека. Лучше бы мы былиодни, чем испытывать такую боль. Но наша психологическая боль никогда несвязана непосредственно с другим человеком, она связана с возлагаемымина него и жизнь надеждами, и желаниями. И их неисполнением. Но другой ине обязан исполнять возложенные на него надежды, у него есть своя жизнь.Мы либо знаем другого человека, либо обманываемся. И если черезнесколько лет совместной жизни мы расстаемся врагами, то можно сказать,что мы и не дружили с этим человеком, и никогда его не знали. Нашиотношения были поверхностны.



Помимо межличностных отношений у насвозникают сомнения по самым различным поводам – делать/не делать,поступать/не поступать, брать зонтик/не брать зонтик. Но эти сомненияникуда не денутся, пока мы не выйдем в действие. Само действие покажетрезультат и уберет двойственность. По результатам нашего действия мыбудем знать, как обстоят дела. А пока мы не действуем, пока мы непроизвели действие, мы так и будем сомневаться.



Мы хотим получить гарантированныйрезультат, поэтому сомневаемся. Но в жизни нет гарантированногорезультата, есть просто жизнь. Есть опыт. Есть контекст жизни. Никогдазаранее нельзя сказать, что правильно, а что нет. Что-то может бытьправильным для одного человека и неправильным для другого, одногочеловека лекарство может вылечить, а другого убить, все индивидуально.



Принимая собственные сомнения,позволяя им быть в сознательной части, исследуя их, мы обязательнопройдем через них. Мы обязательно узнаем, как обстоят дела. Наша жизньбудет обретать качества единства, а не двойственно

Александр Ищенко - консультант Цента Томалогии

  • 1

    В древности железо ценилось выше золота. Согласно Страбону, у африканских племён за 1 фунт железа давали 10 фунтов золота.
    Самая пьющая страна в мире — это Молдавия

    У парков аттракционов после инцидентов со смертельным исходом увеличивается посещаемость.

    «ОК» — самое популярное в мире слово.

    Новые Люди

    Компания SONY изначально называлась Totsuken.